Трезвая бесчеловечность

Журналист Марина Ярдаева — о том, как лосьон для ванн стал средством для чистки общества.

Больше 70 летальных исходов, десятки на больничных койках. Среди жертв отравления «боярышником» — медсестра и воспитательница детского сада. И вообще, больше трети — женщины. Это шок, конечно. Это непостижимо.

Если честно, я вообще долго не могла понять, что это и как. То, что люди у нас пьют дешёвые аптечные настойки и бытовую химию, для меня, выросшей в провинциальном промышленном городе, где подворотни буквально усыпаны пустыми «фуфыриками», не новость.

Однако к тому, что «фуфырики» могут оказаться поддельными, готовой быть невозможно. Ведь в Иркутске после трагедии изъяли две тысячи таких пузырьков. Следом — 250 литров метилового «боярышника» конфисковали в Волгограде. В Якутске отыскались фальшивки.

Это просто не умещается в сознании.

Как не умещается и реакция обывателя. Боже мой, что говорят, что пишут! Хохочут, злорадствуют, анекдоты сочиняют, радуются, что общество станет чище. «Тупой ваты поубавится», ага. Про естественный отбор разглагольствуют, про мудрость мироздания.

А чего? Мироздание всё отладило — здорово же, правда?

Все «сперва не добившиеся» и «банально завидующие» травятся сами. А то, что мироздание не без помощи отдельных товарищей справляется — тех, что устроили славный бизнес на торговле ядом, — так это тоже ничего. Волки, например, тоже, может, не самые приятные из братьев наших меньших, зато санитары леса. Такова природа вещей. И не надо смущать приличных людей.

Господи, сколько у нас развелось этих «приличных», «состоявшихся» людей, правильных и благоразумных, «взявших ответственность за свою жизнь», «трезво и бесстрашно смотрящих на реальность», уверенных, что всё «в их руках». Сколько у нас этих «аристократов духа», верящих будто «все беды — результат осознанного выбора каждого конкретного человека», и «плебсу вольно же быть или не быть плебсом».

Сколько этих моральных калек, поднявшихся по лестнице потребления на полступеньки, рискующих слететь обратно в любую минуту, только самообманом и подбадривающихся: дескать, отрыв велик, там, на дне, совсем быдло и шваль, а уж они-то, «приличные люди», никогда-никогда.

Сколько вот этой гнуси, возмущающейся на форумах, что «жаль, не все отбросы передохли», что «это ж теперь налогоплательщики будут оплачивать лечение этим уродам», что «даже Ротенбергам не так жаль отдавать свои деньги, как этим».

Пока экономисты всего мира трубят о катастрофическом возрастании социального неравенства, о чудовищной пропасти между низами и верхами, когда одному проценту богатых на планете принадлежит столько же, сколько имеют 99% оставшихся, наши вчерашние голодранцы, а ныне счастливые обладатели форд-фокусов и айфонов всё ещё повторяют как мантру: «Не надо завидовать, надо работать».

Пока социологи шокируют мир цифрами по так называемой работающей бедности, которая растёт даже в самых благополучных странах, наши «приличные и состоявшиеся» разглагольствуют о «психологии нищеты» и советуют обездоленным «выходить из зоны комфорта».

Пока философы предупреждают, что рыночное, торгашеское сознание общества, где всё судится по результату, по тому, кто сколько стоит, ведёт нас в пропасть, а психологи подтверждают искусственность разделения на успешных и нежизнеспособных экспериментально — рассказывая про выученную беспомощность и объясняя, как запросто можно убедить любого даже в том, что интеллект зависит, например, от цвета глаз, — адепты трезвого взгляда на жизнь продолжают упиваться иллюзией. Будто у них всё нормально, потому что они молодцы, потому что крутятся, добиваются, действуют.

Опьянённые собственной нормальностью, ушибленные обманчивым благополучием, «сверхчеловеки» хотят верить, что есть непересекающиеся вселенные, что существуют вещи, которые не коснутся их никогда, что можно просто отгородиться ментальным забором, который — уж если его как следует выдумать — прочнее железобетона.

Они верят, что всё под контролем, что их благополучие никогда не пошатнётся глупо в гололёд, что они не загремят в больничный переполненный коридор с сотрясением мозга, что грустная медсестра, сама давно приученная считать себя лузершей, задёрганная беспросветностью бытия и спасающаяся настойкой боярышника, никогда не перепутает физраствор с формалином, не погубит «нормального человека».

Ну а если всё-таки ненароком? Если цепочка всё же замкнётся? Может, тоже списать на естественный отбор. На «таков порядок вещей»?

Источник: life.ru